10 лет первому оперативному перехвату «Железного купола»
► Show Spoiler
7-го апреля 2021 г. исполнилось 10 лет с первого оперативного перехвата, выполненного системой ПРО «Железный купол» (ЖК, «Кипат Барзель»). Утром в этот день прошла торжественная церемония с участием министра обороны Бени Ганца, министра экономики и промышленности Амира Переца (бывшего министром обороны в 2006-2007 гг. и утвердившего разработку ЖК), Начальника ГУ планирования (АГАТ) ГШ АОИ генерал-майора Томера Бара, командира войск ПВО бригадного генерала Рана Кохава, главы Управления НИОКР МО (МАФАТ) Дани Голда, главы директората систем ПРО «Хома» в составе МАФАТ Моше Фаталя и др., в том числе подполковника Маора Габриэля, чья батарея выполнила тот самый первый перехват.
Разработка системы
Доктор Дани Голд, сейчас глава МАФАТ как гражданский работник МО, а тогда – бригадный генерал и глава разработок (МОП) в составе МАФАТ, был инициатором проекта в августе 2005 г. и многие вопросы провёл своим волевым решением, выходившим за его полномочия. Например, он принял решение о совмещении этапа предварительной разработки (что находится в полномочии МАФАТ) и полномасштабной разработки, что для проекта столь большого объёма должно быть утверждено НГШ, министром обороны и правительством.
Голд понимал, что нет времени на длинные процедуры. Ещё в 2000 г. палестинцы из Сектора Газа начали обстреливать приграничные поселения из миномётов, а в 2001 г. к ним добавились и артиллерийские ракеты «Касам», а далее «Град» и ряд других. За самоуправство Голд в 2009 г. был подвергнут острой критике госконтролёром Михой Линденштрасом, но уже в 2012 г. был в группе награждённых Премией Безопасности Израиля за создание ЖК, в 2015 г. был выбран зажечь факел на День Независимости, а в июне 2016 г. возглавил МАФАТ.
Моше Фаталь разъясняет, что у МАФАТ есть мандат на проверку и разработку различных технологий. Если технологии выходят на этап демонстрации возможностей – проводится процесс утверждения в ГУ планирования (АГАТ) и других армейских структурах, далее в МО и правительстве. Этот процесс должен утвердить, идёт ли система на полномасштабную разработку или остаётся на этапе демонстратора технологий. Например сейчас в МАФАТ есть десятки таких проектов. Но тогда, в свете срочности вопроса, от МАФАТ требовалось максимального ускорения процесса.
Амир Перец, ставший министром обороны в мае 2006 г., вспоминает, что противодействие ЖК в правительстве и системе безопасности было однозначным. Многие считали, что это технически невозможно. Другие говорили о проблеме финансирования, ведь ради ЖК было необходимо закрыть или растянуть другие проекты МО, часто уже утверждённые и находившиеся в разгаре осуществления.
В ГШ много говорили о наступательной сущности АОИ. Пассивная (убежища) и даже активная (ПРО) оборона считались сдачей перед террором. Перец же знал о ракетной угрозе по собственному опыту. В 1983-1988 гг. он был мэром Сдерота и продолжал жить в городе. В апреле 2001 г. умер его отец. Перец принимал соболезнования, и в этот момент произошёл тот самый первый обстрел. Поэтому он хорошо понимал, что система ПРО нужна.
Ещё одной проблемой было решение какую система ПРО предпочесть. Ещё с 1996 г. Израиль совместно с США занимался боевым лазером «Наутилус». Были и другие системы, в общей сложности речь шла о 24 различных решениях. В МАФАТ была создана комиссия во главе с заместителем главы организации профессором Яаковом Нагалем. В комиссии было около 40 человек, специалистов по ракетам, лазерам, вопросам ПВО, представители ВВС. После 3 месяцев работы было однозначно рекомендовано решение ЖК. Это имело и огромное экономическое значение: работы шли в Израиле. В случае выбора лазера основные бы заказы утекли в США к «Нортроп Груман», впрочем в решении комиссии Нагаля экономический аспект был второстепенным.
Далее решение поддержал премьер-министр Эхуд Ольмерт ну и конечно министр обороны Амир Перец. Гендиректор МО Габи Ашкенази был против. Но в начале 2007 г. его сменил Пинхас Бухрис и это также помогло в быстром продвижении всех вопросов разработки. В июне 2007 г. Переса в должности министра обороны сменил Эхуд Барак, также продолживший поддержку вопроса.
Всё это время продолжалось давление сторонников лазера. Бухрис даже летал в США, где ему был представлен прототип системы, но уже тогда было ясно, что речь идёт о не более чем демонстраторе технологий с сомнительными перспективами. Гигантские баки с химическими реагентами были достаточны всего для 10 перехватов. Луч лазера был чувствителен к туману и запылённости воздуха, что нередко для района Газы. Но лоббисты лазера действовали и после этого, вплоть до обращения 70 жителей окрестностей Газы (в т.ч. нынешний мер Сдерота Алон Давиди) в Верховный суд. К обращению было приложено заявление полковника (рез.) Йоси Арази, в соответствии с которым в случае выбора Skyguard 3 таких системы были бы развёрнуты у Газы уже в 2008 г. Но иск был отвергнут судьёй Ашером Грунисом.
В декабре 2007 г. проект ЖК был утверждён министерской комиссией по вопросам национальной безопасности, а уже в январе 2008 г. (01.01.08) «Рафаэль» начала полномасштабную работу над проектом. В компании его возглавлял Ханох Левин, проектом ракеты руководил Узи (фамилия засекречена). От «Рафаэль» требовалось 3 вещи: цена ракеты в несколько десятков тысяч долларов, максимум в 100 тысяч (для сравнения: ракета «воздух-воздух», видимо речь о «Питон-5», стоила 0.5 млн долларов), срок в 3 года (тот же проект ракеты «воздух-воздух» длился 15 лет), ну и конечно поражение цели.
Левин, набирая персонал для проекта, говорил: на ближайшие 3 года у вас не будет жизни, времени на семью и на отпуска. Не нравится – на «Рафаэль» есть и другие проекты.
Был момент, когда в Израиль приехала большая делегация американских специалистов. По ракетам, ГСН, ВВ и т.п. После изучения проекта они заявили, что шанс выдержать заявленные ТТХ – 5%, а график работ – 15%. Но проект стремительно продвигался.
Уже в конце 2008 г. на полигоне Сде Шдема (к юго-востоку от Мицпе-Рамон) были проведены первые испытания по проверке маневренности и навигации ракеты. Испытания провалились – ракета не вышла с ПУ. Вскоре было выяснено, что некий кабель был подключён неверно. Повторные испытания через 3 недели прошли успешно. Далее было ещё множество испытаний. От бросковых пусков перешли к реальным перехватам. От перехвата одиночных ракет – к перехватам залпов. Успех составлял 80-90%. После принятия на вооружение и начала реальной боевой работы процент успеха более не менее стабилен и составляет 90%.
В феврале 2011 г. были завершены последние испытания, после которых система была объявлена боеготовой. Примерно тогда же АОИ получила первые 2 батареи, а в апреле 2011 заказала ещё 4. Уже в марте-апреле началось боевое развёртывание: 27.03.11 вторая батарея («Базелет») была размещена в районе Беэр-Шевы, а 04.04.11 первая («Идо») – в районе Ашкелона. А уже 07.04.11 был выполнен первый боевой перехват.
Создание первого дивизиона и первый перехват
О создании дивизиона и первом перехвате рассказали два офицера:
подполковник Маор, сейчас командир 137-го (северного) дивизиона ЖК, а в 2011 г. – майор, командир батареи, выполнивший первый перехват;
майор Ной – офицер учебного отдела, а на 2011 г. – заместитель командира той же первой батареи; ной пришёл в ЖК из 138-го дивизиона, чей командир был выбран на должность командира нового 947-го дивизиона, первого дивизиона ЖК.
В составе войск ПВО была создана ядро по созданию 947-го дивизиона («Гаръин hа-hакама»). Его участники пришли с различных систем ПВО. Участвовали в испытаниях ЖК ещё до его принятия на вооружение, изучали систему по технической литературе и непосредственно на заводах компаний-изготовителей, общаясь с инженерами, создавшими ЖК. Сам 947-й был официально создан в октябре 2009 г. (точнее, воссоздан: в конце сентября 2009 г. он был расформирован как дивизион мобильных средств ПВО, а уже в октябре того же года открылся как дивизион ЖК). Поскольку организационная культура различных дивизионов ПВО отличалась, в 947-м создавали свою собственную, единую для всех, что-то заимствовали из опыта других, что-то писали с нуля.
После финальных испытаний системы было решено впервые развернуть батарею на местности, в районе Ашкелона. Строительное подразделение подготовило площадки, где и были развёрнуты РЛС, ПУ и прочее оборудование батареи.
День 07.04.11 начался с тяжёлого происшествия: ХАМАС выпустил ПТУР по школьному автобусу местного совета Шаар а-Негев. Тяжёлые ранения получил один из учеников, Даниэль Вифлих (16), через 10 дней (17.04.11) он скончался в больнице «Сорока» в Беэр-Шеве. На батарее сразу был поднят уровень боеготовности.
Вечером 07.04.11 на КП батареи (МАНИ – «Мерказ Ниhуль Йеирутим») находился командир батареи Маор. Он занимал пост командира МАНИ, Ной был возле него. Внезапно на экране РЛС появилась цель. Всё происходило так, как уже многократно отрабатывалось на симуляторах, но на этот раз это была реальная цель. Батарея выпустила ракету-перехватчик «Тамир», цель была уничтожена. Уже в конце той же недели было выполнено ещё несколько перехватов. Перехват стал и первым для всей системы ПВО за 29 лет, т.е. с 1982 г. До этого целые поколения бойцов ПВО сменялись в ходе службы, ни разу не участвуя в боевом перехвате.
В тот день Маор и Ной понимали, что произошло важное событие, но не думали о его колоссальном значении. За прошедшие 10 лет ЖК получил новые возможности, о которых в 2011 г. даже не мечтали. На вооружении большое количество батарей, объединённых в два дивизиона (947-й и 137-й). В них служит большое количество военнослужащих, и это не только бойцы, но и техники и персонал тылового обеспечения.
0:24 мин
